ПРАВИЛА ЖИЗНИ И РАБОТЫ БЕРНАРА ВЕРБЕРА

Вдохновение берется из жизни, из опыта, из общения с другими людьми, из книг — отовсюду. Я очень уважаю восточную философию и считаю ее самой разумной из всех ныне существующих, поэтому ее так много в моих произведениях. Но это не говорит о том, что я стараюсь кого-то чему-то учить в своих романах. Я просто говорю о том, что мне близко.

Жизнь, которую я веду сейчас, я ее не просил, не желал ее раньше. Я хотел, как все. Быть отличником, жениться, иметь детей, машину… Стать адвокатом. Но потом произошло много событий, которые помогли мне измениться. Я провалил экзамен по праву. Я создал в лицее газету, в которой напечатал свои первые статьи. Но я никогда не хотел стать писателем! Это произошло само, без моего участия. Кто-то принял решение вместо меня. И моя единственная заслуга в том, что в книгах я стараюсь довести каждую идею до конца… Может, даже этот ангел, бог-ученик, сидит внутри меня. И общается со мной во сне. Люди называют это «интуиция». Психологи — «подсознание».

Мысль о реинкарнации кажется мне очень интересной. Во многих книгах я писал о своих предшествующих жизнях… А в Москве меня познакомили с медиумом, которая сказала мне, что в одной из своих прошлых жизней я был лекарем в Петербурге, а в XIX веке – танцовщицей в Париже. Тогда я был очень красивым и волос на голове у меня, наверное, было побольше... Но в следующей своей жизни я хотел бы снова стать писателем.

Русским был мой дедушка по линии матери. Точнее, один из его предков. Я знаю о нём только то, что он жил в Москве, а в Тулузу переехал в начале ХХ века. И мой дедушка, и моя бабушка, случалось, разговаривали между собой по-русски.

Любой может делать то, что делаю я! Именно поэтому один из романов трилогии уже в названии говорит: «Мы, боги» и является просто напоминанием того, что мы все можем что-то сделать. Любой человек, который создает картину, является богом этой картины. Женщина, которая печет пирог, — она богиня этого пирога. Создание происходит везде! Человек, кладущий зерно в землю, является богом этой земли. Прежде всего я задаю себе вопрос, в каком мире я живу. И, стараясь воспроизвести мир, в котором я живу, я стараюсь его понять.

Любой человек, который смотрит новости и умеет думать и размышлять, способен определить проблемы, которые в этом обществе назревают. Понятно, что должно произойти. Это просто обязанность научного фантаста — все это предвидеть! Не нужно быть для этого пророком, нужно просто анализировать и предупреждать мир.

Я думаю, что по-настоящему интеллектуальный автор должен быть доступен всем, а не только горстке интеллектуалов.

Bernard-Werber-Bernard-Werber

Когда я пишу, я смеюсь. Надо писать в радости, чтобы читатель был счастлив. Книга — это отдых и главное, чтобы человеку не было в тягость читать. Я стараюсь с самого начала погрузить читателя в книгу. Утром я встаю и перед тем как сесть писать, я иду в кафе напротив моего дома и читаю журналы, которые выливают на меня ушат далеко не благоприятной реальности, от чего настроение портится. В противовес этому я пишу, пытаясь наполнить свои произведения светом».

Когда я пишу, мои герои начинают задавать вопросов все больше и больше. За счет этого я пытаюсь видеть все шире и шире. И в конце работы я... удивляюсь, прочтя в своем тексте ответы на эти вопросы. Я думаю, что в своем бессознательном мы несем большое количество информации. Есть несколько способов ее извлечь: она приходит, когда мы пишем, когда спим, когда употребляем алкоголь

Я пишу книги, как пчела собирает мед. Я нашел свое место. Когда ты на своем месте, все вокруг тебя становится на свои места. Вся Вселенная подсказывает тебе, чем ты должен заниматься. И если ты послушаешься, она подхватит тебя, словно река, и понесет в правильном направлении.

Мне интересно перемешивать все. И создавать мостики между вымыслом и наукой. Моя литература — пример. Смешивать детектив, классику, поэзию, фантастику… — это забавляет.

Для меня самым трудным было выработать такую систему сочинительства, чтобы читатель оставался всё время заинтригованным и хотел переворачивать страницы дальше, а не откладывал книгу в сторону. В этом есть что-то от ремесленничества, которое со временем может перерасти в искусство, а может и не перерасти.

Сейчас на роман у меня уходит в среднем около девяти месяцев. А рекордом стала «Книга путешествий», которую я написал за один световой день: с восьми утра до восьми вечера. Это, кстати, чувствуется, когда читаешь. Я себе доказал, что способен на такое. То есть, получается, мой максимум — 12 лет, а минимум — 12 часов.

Днем я работаю дома. Я надеваю наушники и кладу перед собой на стол часы, и что бы не случилось, я должен написать рассказ в течение часа. Несколько лет назад я приучил себя делать так ежедневно. За год я написал 365 историй. Теперь я пишу так час в неделю, и я вижу, что мои рассказы стали лучше. Писать каждый день неплохая тренировка, но не более того.

Я всегда начинаю с маленького рассказа. Там есть начало, середина и конец. А потом новелла разрастается. Я знаю направление, в котором иду. Практически не было истории, где бы я не знал финал.

Есть скелет, на который наращивается плоть. Но я не собираю книгу по кирпичику, просто следую плану, но следую по-живому. Читатель не видит этого плана, но он интуитивно его чувствует. Когда писатель нанизывает сцены, словно жемчужное колье, это очень слабая литература для меня. Поэтому я не интересуюсь работами французских коллег, которые занимаются созданием пазлов. Мне кажется, что у них отсутствует видение.

Я не завишу от вдохновения. Оно нужно для поэтов, а я не поэт. Я скорей всего архитектор. А архитектор не может говорить: «У меня сегодня нет настроения строить дом».

Мне часто приходится обращаться к справочной литературе. И я даже издал «Новую энциклопедию Относительного и Абсолютного знания», просто чтобы упорядочить те свои записи о разных вещах, которые вёл всю жизнь. И сейчас я постоянно делаю пометки в компьютере. Моя память — это мой компьютер, который стараюсь постоянно иметь при себе.

Мои романы часто построены по такой схеме, что герой вначале находится как бы в спящем состоянии, он не отдаёт себе отчёт, куда его несёт жизненный поток. И в какой-то момент герой «просыпается» и начинает соображать. Моя задача — не просто рассказать занимательную историю, а расширить ваше сознание.

Не бывает моментов, когда я сижу и думаю: «А что бы мне такого написать?». Потому что после обеда я размышляю над тем, что буду писать утром на следующий день, а ночью приходят идеи, которые немного корректируют то, что я планировал делать утром.

Понятие «работа» подразумевает присутствие некоего насильственного воздействия на личность. А для меня работа – это радость. Если бы я жил один на необитаемом острове и у меня не было бы ни читателей, ни издателя, то я все равно писал бы, потому что это огромное удовольствие

Разделите страницу в тетради на две части. На одной перечислите то, что вам доставляет удовольствие, а на другой — вещи, которые вам не нравятся, но вы по каким-то причинам вынуждены ими заниматься. Непременное условие — быть откровенным с самим собой. Я сам раз в неделю проделываю такую работу. Это помогает экономить время и деньги на визит к психоаналитику.

Очень много путешествую по работе. Рабочие поездки люблю намного больше туристических. В командировках я встречаю новых людей, которые могут дать мне интересную информацию. Я не мог бы с ними познакомиться, если бы купил турпутевку и просто сидел у бассейна в какой-то гостинице.

Мой дом не похож ни на какой другой и очень тесно связан с миром моих книг. Например, на потолках у меня звездное небо – иллюминация воссоздает реальные созвездия, и на этом фоне изображен космический корабль в виде бабочки. Практически по всему дому можно встретить такие интересные и забавные ссылки на мои романы.

Я очень люблю мир моих книг, живу и очень хочу продолжать жить в нем.

У меня все концы счастливые.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в LiveJournal

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *