ТРИ ВОПРОСА — ТРИ ОТВЕТА

В сообществе в ЖЖ мы с участниками периодически проводим совместные «мозговые штурмы», отвечая на вопросы начинающих (и не только) авторов. В последнее время накопилась целая подборка таких вопросов, и, наконец, нашлось время подобрать к ним ключики-ответы. Возможно, вам захочется добавить свой рецепт к уже упомянутым?

Вопрос: «Пишу книгу (не фэнтази!), в которой героиня — американка, живет в Нью-Йорке. Там же развивается все действие. Сам я не американец, в Нью-Йорке бывал, но не жил. Каковы мои шансы на успех? Как относятся издательства к книгам с иностранным элементом? Буду признателен за ответ»

Совет участника: «Важно помнить, для кого вы пишите. если для российского читателя, может, литература поможет восполнить пробелы. если для зарубежного, лучше не пытаться, сразу вычислят. а вообще, конечно, если писать о таком известном городе как Нью-Йорк, лучше о нем узнать как можно больше, проинтервьюировать людей, кто там живет, посмотреть фильмы и т.д. Или выбрать менее известный город, чтобы ошибки были менее заметны»
mermaid82

Мой ответ:

Как правильно подсказали другие участники, иностранные реалии могут быть разными. Если вы беретесь воспроизвести в своей книге реально существующий иностранный город во всех подробностях, это потребует невероятно тщательной подготовки. Как минимум, нужно будет выяснить местный жаргон (вы же не хотите, чтобы ваши герои изъяснялись нелепо?), особенности проживания в этом городе (например, если описать москвича, который гуляет по Красной площади, ни один москвич не поверит автору, т.к. Красная площадь — абсолютно туристическое место). Можно, конечно, написать местным жителям письмо с просьбой помочь, узнать нужную информацию. Но все равно будьте готовы, что редактор в издательстве воспримет вашу заявку со скепсисом: «Ну-ну, еще один писатель с „развесистой клюквой“!». Хорошо, если вы сможете подтвердить свою «причастность к иностранным реалиям», написав что-то в духе «Прожил в Нью-Йорке 2 года, работая корреспондентом. Именно там пришла мысль объединить свои впечатления от города в книге».

 

Другое дело, не ставить место действия в центр повествования.Если вы не собираетесь давать хроники событий, как это было, скажем, в «Унесенных ветром» или «Войне и мире», то вам и не потребуется доскональное знание деталей. Нужные подробности вы сможете легко найти на туристических сайтах. И используя всего несколько интересных деталей («На углу улицы П. расположилась лучшая кофейня в городе, в которой пекли такие круассаны, что Жак был готов отдать за каждый минуту своей жизни, не меньше!»), вы сможете добиться создания той самой «атмосферы доверия».

Вопрос: «Я тут пишу одну закрученную историю. Понимаю: если читателю не дать работать мозгами и самому догадываться, то ему станет скучно. Вопрос: как дозированно давать информацию, чтобы не стать банальной?
И вообще, насколько можно открывать завесу? Или держать интригу до победного конца?»

Совет участника: «Позагадывайте загадки своим друзьям :) Сначала простые, затем сложные, со множеством подсказок. И внимательно следите за процессом: о чем мыслит отгадывающий, что именно вы подсказываете, увлекательна ли загадка. Это очень помогает в написании книги.»
dance-a-life

Мой ответ:

Я уже не раз говорила о том, что писатель, работающий над книгой, должен постоянно держать в голове образ читателя, понимать, для чего человечеству нужна его книга. Как правило, читатель хочет с помощью той или иной книги почувствовать свою значимость. Например, если в чиклите описывается глупое поведение героини, читательница усмехается про себя: «Я, конечно, не гений, но такой неразберихи в своей жизни точно бы не допустила!». Или герой вместе с сыщиком разгадывает тайну убийства и понимает, что соображает быстрее сыщика! Ну как не полюбить такую книгу (а вместе с ней и автора!), которая помогает понять, как ты умен на самом деле! Так что оставлять загадки стоит, безусловно. Другой вопрос, как это делать.

Если мы говорим о сюжете, основанном на каком-то расследовании, будь то детектив, триллер, фэнтези, то часто мастистые авторы советуют писать книги в подобном жанре «с конца» — то есть хотя бы для себя в плане прописать сцены, начиная с финальной (детектив раскрывает убийство). Идти в обратном порядке — от развязки к завязке. В этом случае вся картина расследования будет у вас перед глазами, и вы поймете, как описать расследование, чтобы читатель мог принять в нем участие, но не догадался о результатах раньше времени. Заранее в плане пропишите, какие подсказки и в каких главах вы будете давать читателю.

Также автору на руку работают «побочные» линии и персонажи. Никто не мешает вам создать «героя-обманку», который будет отвлекать внимание читателя на себя. Главное, не перегружать текст такими линиями и персонажами!

Вопрос: «А вот еще вопрос. Как написать душещипательную сцену, от которой наворачиваются слезы? Ведь если писать и плакать, ничего толкового не выйдет. Как разграничить собственные розовые сопли и реально действенный материал?»

Совет участника: «1. Писать и плакать.
2. Положить в ящик на пару недель.
3. Прочесть трезвым взглядом и отредактировать, розовые сопли убрать.»

loco-bird

Мой ответ:

Опять же, соглашусь с теми участниками, которые «разрешили» вам плакать во время написания сцены, но посоветовали позже, остынув от эмоций, перечитать и поправить написанное. На эмоциях в писательстве далеко не уедешь! Во-первых, почему читателя должны трогать ваши эмоции, возможно, его эта проблема совсем не так волнует, как вас. Во-вторых, часто писатель переоценивает значимость эмоций — пожалуй, накал страстей и страданий смотрится лучше всего в мыльной опере, но не в хорошей книге. Если вспомнить классиков и перечитать самые душещипательные, на наш взгляд, сцены, можно убедиться в том, что эмоции там как раз не прописаны. Великие писатели всегда старались подать материал так, чтобы не подталкивать читателя к какой-то реакции. Читатель должен сам догадаться об эмоциях героя, а не прочитать их. А чтобы дать читателю эту возможность самому прочувствовать, прожить весь ужас (всю горечь, всю радость) ситуации, автору лучше творить в здравом уме и ясной памяти, отключившись от переживаний. Если вы пишете, чтобы выплеснуть свои переживания на бумагу, это дневник, но не книга! Думайте о читателе.

Как раз недавно Борис Акунин в своем блоге  писал о том, как перечитывал книги о блокадном Ленинграде. Он писал о том, что наибольшее впечатление на него произвели какие-то маленькие детали. Например, такая маленькая история: «Перед 22 июня, рассказывает Воеводская, весь Ленинград завесили анонсами музыкальной кинокомедии «Антон Иванович сердится». Потом сдирать плакаты было некогда, так они и провисели до конца осады. Добрейший Антон Иванович (его поминает в своей книге «Дневные звезды» и Ольга Берггольц) смотрел с афишных тумб на разрушенные дома, на занесенные снегом улицы, по которым дистрофики очень медленно тащили санки с детскими трупиками – и ужасно на всё это сердился». На самом деле, эта небольшая деталь передает атмосферу, описывает эмоции куда лучше, чем если бы автор затеял огромный монолог. Я тоже не так давно перечитывала дневники тех, кто выжил после блокады, помню, как не могла спать после такой же маленькой детали: в дневнике мать описывала, что маленькая дочка так плакала от голода, что она, мать, делала укол на сгибе локтя и давала дочке пососать свою кровь. И все это описывается совершенно будничными словами. А теперь представьте, производила бы эта сцена такое же впечатление, если бы автор описал все свои эмоции: «О-о, это так ужасно! Я никогда не смогу забыть о тех временах! У меня до сих пор сводит желудок при одном воспоминании...», и все в этом духе. Так что советую перечитать у классиков сцены, которые вызвали у вас максимальную ответную реакцию, и посмотреть, как они сделаны. Они именно сделаны, а не написаны, уверяю вас!

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в LiveJournal

One comment

  • По поводу эмоций автора и читателя. Писала я рассказ о бедной деревенской девочке. Жизнь в деревне мне достаточно известна. Так что расписалась... Пишу и плачу, описываю, как несчастная 12-летняя героиня ведет ни свет ни заря на выпас корову в метель и мороз... Я так изжалела девочку, что не знаю, каким чудом рассказ сразу не вывесила в СИ... Что остановило? Утром перечитываю... Вот где я хохотала ... аффтар героиню погнала с коровой на выпас... ну олень, а не корова, и ягель под снегом. Так что, думаю, надо и авторам не увлекаться слезодавилизмом. Писать надо с холодной головой, трезво глядя на вещи, а если что-то увлекает до слез или смеха, обязательно оставить на пару дней, дабы потом трезво оценить.

    Спасибо!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *